Я режу лук, я режу лук.
Ушла подруга, предал друг.
И стук ножа, как сердца стук.
Я режу лук, я режу лук…

За кругом круг, за кругом круг.
За горечь прошлых бед и мук.
За горечь будущих разлук.
Я режу, режу, режу лук.

Я режу лук, я лук крошу,
Другого дела не прошу.
Ведь жизнь, она, как винегрет:
Без лука в ней и вкуса нет!

.
Антип Ушкин

Летала маленькая мушка.
Была свободна и легка.
И вдруг попала в сеть-ловушку
Большого злого паука.

На волю хочет цокотуха,
Но не избавиться от пут.
А рядом с ней другие мухи
В плену паучьем там и тут.

Она глядит, не веря глазкам:
Они не рвутся из сетей,
Они поют, что жизнь прекрасна
И учат этому детей.

Они бескрылой доле рады.
Они уж сами пауки.
Они забыли, что когда-то
Свободны были и легки.

Антип Ушкин

Сжечь корабли и впереди, и сзади,
Лечь на кровать, не глядя ни на что,
Уснуть без снов и, любопытства ради,
Проснуться лет чрез сто.

(Саша Чёрный — 1909)

ПРОСНУЛСЯ

Взглянул на мир. Он сильно изменился.
А пригляделся, всё, как и тогда:
В провинциях тоска и суета в столицах,
Короче – скукота.
И люди те же – Фёклы да Иваны.
Хотя и поменяли паспорта,
Всё также глупы и всё также пьяны,
Короче – пустота.
Да я и сам ничуть не изменился,
Всё тот же чёрно-белый человек,
Желание одно: закрыть глаза, забыться.
И вновь уснуть на век.

(Антип Ушкин — 2009)

Лягушка квакала в пруду:

«Куа-ква-ду! Куа-ква-ду!»

Мне надоела, взял я прут

И запустил с размаху в пруд.

Вдруг слышу: «Ква, ты не балуй!

Меня ты лучше поцелуй!

Коль поцелуешь ты меня,

Квасавицею стану я!»

Гляжу, уж предо мной она:

Огромноглаза, зелена.

Квакушку я поцеловал.

И тут же земноводным стал!

Я придушить её хотел.

Но поглядел и обомлел:

Квасива до чего ж она!

Квак хороша, квак зелена!

Ну, что за ротик, что за глазки!

Расквазывать так прямо в сквазке!

«Люблю тебя! — я квакнул ей:

Ты будешь суженой моей?»

«Кванечно! — был её ответ:

У нас прекваснейший дуэт!»

антип ушкин

Вон летит по небу птица.

Без больших летит амбиций.

Без высоких устремлений.

Без малейших представлений

О структуре атмосферы.

Без любви, надежды, веры.

Без ума и без таланта.

Без бабла и провианта.

Без моторчика внутри.

А летит, чёрт побери!
.
.
Антип Ушкин

Мне нужно время по ночам,
Чтобы слова слагались в строчки
И очень грустно, если «там»
Сосед дошел до крайней точки.
Может сорвался на жену,
А может обвалилась полка
И книги горкой на полу,
В кроватке зарыдала дочка.

Сижу и глубоко дышу,
Ладони уши зажимают.
Не помогает! Я кричу!
Сознанье тело покидает.
Очнулся, пол, вокруг темно
И как не странно тихо.
Но чувствую себя легко.
Да, покричал я лихо!

Как крепки объятья ночи.
Диск мерцает в потолке,
Замурованные точки
Нежно стонут в темноте.
Разрывают воздух вспышки
Пролетающих комет,
Изменил своей привычке
Самый бодрый человек.
Он лежит под одеялом.
Головой ушел туда,
Где невиданные страны,
Где сбывается мечта.
Белый дождь накрыл все крыши,
Стекла мраморных машин.
Стало слышно, как все дышат
Изрыгая теплый дым.
Понеслась вода по трубам,
Принося в дома тепло.
Друг обнял свою подругу
И уткнулся ей в плечо.
Он проснется утром рано
И увидит на окне
Как мороз рисует скалы
На безжизненном стекле.

Топчу в кроссовках зимнюю простуду,
Давлю в ладонях тающий снежок,
Лицом к лицу с улыбкой я смотрю на бурю,
Под шапкой замерзает затылОк.
Подумаешь, что в рифму не сказал я строчку,
Переживем, такая уж беда!
Попробуй, замени-ка слово, сказанное в точку,
Как заменить не сможет солнце бледная луна.

Так вот, стою и мерзну я под ветром с снегом,
Пуская через рот тепло.
И есть желанье распрощаться с телом,
Душе что б стало хоть немножечко легко.
Пустить ее и что б летела с ветром,
Освобожденная от панциря костей.
И что б ни быть ей просто человеком,
Освободившись от мирских страстей.

Топот, стук подъездными дверьми —
Люди ходят, каруселью пролетают дни.
Пролетают тени ночи, зайцы солнечного дня,
Я сижу я одиночка, давят стены на меня.
Давит голос из коробки, говорящий о цветах
Крик соседки поздно ночью в чьих то любящих руках.
Надоел смех ребятишек, на площадке под окном,
Надоело жить как мышке, в темноте за сундуком.
Жизнь как крыса жрет минуты, поглощает их в себя.
Дали в детстве палку в руки, я слепой мои друзья.

И снова хруст под обувью моей
Мороз опять щепает щеки
Я греюсь мыслями о ней
Как безнадежно одинокий.
Ага, но не подумайте опять
Что снова выплеснулись слезы
Теперь я буду сочинять
Про мои радостные грезы.
Так вот: иду, зима, ботинки
Проваливаются в плотный снег
На встречу ребятня с какой-то вечеринки,
Мне улыбаются в ответ.
В окно уставился алкаш
И сигаретой что-то машет
Он как басистый контрабас
Поет, жена его с соседом пляшет.
По курсу впереди ларёк
Там засыпает продавщица
Я разбудил ее малек,
«Прости мне нужно обломиться.»
И вот жую сухарик с хреном,
Да, мой любимый, с холодцом.
И заливаю это дело пенным,
Из баночки стальной, пивком.
Прекрасно! Вроде что-то отпустило,
Собака пробежала по ногам
Расплылося в улыбке мое рыло
Пойду топтаться дальше по дворам.
Проходит ночь, другая наступила
Вдруг замер на одном шагу
Вот-вот, щаз точно отпустило
Пойду ка лягу и посплю.